Идеи без границ: на выставке MosBuild обсудили, как столичному архитектору перестать быть «варягом» в регионах

mosbuild.com Москва — главный строительный рынок страны: здесь сконцентрированы ресурсы, деньги, компетенции; здесь, по статистике, 10 крупнейших девелоперов строят больше половины всего жилья, и московский застройщик в подавляющем большинстве случаев выбирает местное архитектурное бюро. Логика понятна: отлаженные связи, скорость согласования, предсказуемый результат. Но стоит отъехать от МКАД на сотню километров — и эта стройная картина рассыпается: в регионах — другая реальность. По данным аналитиков, в регионах работает более 200 архитектурных бюро, проектирующих жилые комплексы, и лишь чуть больше десятка из них — московские: местные архитекторы дешевле, знают специфику согласований, у них есть свои связи. И в этой ситуации столичному бюро, чтобы получить заказ, недостаточно просто быть «московским». Вопрос, который встает перед профессией, звучит так: за счет чего архитектор — независимо от прописки — может стать ценным для заказчика в регионе?

В поисках ответа на него на площадке MosBuild встретились архитекторы, которые работают и в столице, и далеко за ее пределами.

Не «принести» Москву, а найти боль места Первый и, пожалуй, самый важный тезис, прозвучавший в ходе дискуссии, — попытка напрямую перенести московские рецепты в регион почти всегда обречена.

«Со своими таблетками, которые работают здесь, приходить в регионы не стоит, — поделилась наблюдением сооснователь и главный архитектор бюро Continuum Олеся Могилевская. — Это зачастую вредно, может не помочь или просто закончиться тратой времени, денег и ресурсов».

Вместо этого архитекторы говорят о необходимости чувствовать «общую боль» места, не просто изучить местные нормативы, а понять, чем живет и дышит город. Во Владивостоке это сложнейший рельеф и виды на мосты и сопки, которые становятся главными акцентами; в Анапе — сезонность и курортная экономика, где архитектура должна работать на досуг и туризм, а не на офисные центры; в Петербурге — деликатное отношение к историческому контексту и уникальный скайлайн, почти не изменившийся за столетия.

Главный архитектор, руководитель проектных групп студии IND Николай Фанеев рассказал о проекте в Дербенте: «Мы выезжали на место, общались с местными сообществами. И увидели рыбаков, которые стоят на набережной, — это часть этого места. В нашем проекте мы вывели отдельные места, где они смогут продолжать рыбачить. Такие локальные решения позволяют гораздо легче выйти в диалог — и с городом, и с жителями».

Как выстроить партнерство

Московские архитекторы, идущие в регионы, сталкиваются с парадоксом. С одной стороны, они объективно дороже: выше зарплаты, налоги, масштаб компаний. С другой, именно у них есть тот самый опыт работы со сложными задачами, который может стать конкурентным преимуществом.

Cооснователь бюро «Крупный план» (KPLN) Андрей Михайлов отметил, что ключ к успеху — не в цене, а в формате отношений: «Для девелопера в регионе в большей степени, чем для московского, характерно партнерство, когда архитектор выступает соавтором не только облика, но и самого продукта. И вот тут встроиться в это, доказать экономическую эффективность — важнейшая задача».

В качестве примера он привел проект в Якутске. Вечная мерзлота, поднятые над землей коммуникации, сложные грунты — привычные для столицы решения здесь не работали. Бюро привлекло центральные институты, провело сложные теплотехнические расчеты и смогло предложить конструктивы, которые раньше использовались только в промышленном строительстве. В итоге удалось сделать привычную для москвича «теплую парковку» и комфортные входы в дома, что для Якутска с его морозами стало настоящим прорывом.

Однако даже самая смелая идея может упереться в реалии. Там же, в Якутске, архитекторы предложили соединить дома надземными переходами, используя существующие трассы теплосетей, чтобы жители могли перемещаться, не выходя на улицу. «Заказчик был готов это оплатить, — сказал Андрей Михайлов, — но мы столкнулись с препятствием в лице ресурсоснабжающих организаций. У них единые расценки, и менять ничего не стали. История еще длится». Это напоминание о том, что даже лучшая архитектурная идея требует умения работать с локальными институциями.

Идентичность как ресурс

Еще один вызов, с которым сталкиваются московские бюро в регионах, — ограниченные бюджеты и недоступность материалов. В столице девелопер может позволить себе практически любое инженерное или фасадное решение; в регионах архитектор должен не просто придумать интересный образ, но и найти способ реализовать его доступными средствами.

Архитектор и сооснователь DNK ag Наталья Сидорова рассказала о проекте в Казани. Напротив театра Камала, в исторической части города, бюро предложило комплекс, который должен был тонко вписаться в контекст Старо-Татарской слободы. Вместо дорогой керамики или привозных материалов архитекторы разработали решение с рельефной кирпичной кладкой, адаптировав традиционный татарский орнамент. «В регионах ты должен не только придумать интересное решение, но и понять, как его реализовать, желательно достаточно бюджетно: нет возможности привезти все что угодно откуда угодно», — отметила она.

Партнер бюро Syntaxis Александр Стариков добавляет к этому важность работы с локальной идентичностью. В Йошкар-Оле его команда столкнулась с необычным вызовом: заказчик, владелец производства силикатного кирпича, хотел построить жилой комплекс именно из этого материала, с которым у московских архитекторов почти нет опыта работы. Решение нашлось в обращении к культуре места. «Мы вдохновились национальными нарядами марийских женщин, — пояснил Александр Стариков. — Получилось шесть кварталов, каждый со своей «рубашкой», своим цветом. Все вместе они создают хоровод, а в центре — общественная площадь с сохраненной заводской трубой как артефактом».

Где рождаются новые рынки

Говоря о перспективах, участники дискуссии сошлись во мнении, что профессиональный рост архитектора сегодня не ограничивается жилищным строительством. И тем более не ограничивается Москвой.

Андрей Михайлов видит потенциал в туристическом кластере: «В условиях все еще высокой ключевой ставки и отмены льготной ипотеки, мне кажется, «выстрелит» именно этот сектор».

Николай Фанеев, в свою очередь, делает ставку на комплексные проекты — мастер-планирование, развитие инвестиционных парков, градостроительные конкурсы. «В Москве сложившийся жесткий контекст и требования к тому, как город должен развиваться; выходя за ее границы, мы можем реализовать то, что здесь не пройдет, — не высоту, а что-то более емкого масштаба, другую историю. Архитекторам хочется пробовать разное, и в регионах для этого есть возможность», — считает он.

Олеся Могилевская призвала смотреть на ситуацию шире: «На Москве свет клином не сошелся. Россия большая, очень интересная, разнообразная. Есть куда расширяться, и не надо концентрировать все в одной точке».

Александр Стариков добавил, что столица все же остается важнейшей «витриной»: «Если ты делаешь круто в Москве, регион тебя увидит — рано или поздно пригласят за каким-то интересным проектом».

Пожалуй, главный вывод, прозвучавший в ходе дискуссии, можно сформулировать так: успех архитектора в регионе не в том, чтобы прийти и научить, «как правильно», а в том, чтобы, сохранив накопленный опыт и компетенции, суметь услышать место, увидеть его уникальность и предложить решение, которое станет для него своим.

Как заметил Николай Фанеев, «самый ценный навык — не говорить «так нельзя», а спросить: «А почему так нельзя сделать? Это же классная идея». Именно эта способность — сочетать экспертизу с открытостью, смелость мысли с уважением к контексту — и становится тем самым конкурентным преимуществом, которое работает и в столице, и далеко за ее пределами.